ДОРОГА В ПУСТЫНЮ. (Часть вторая)

Глава 9.

НОЧЬ У РУЧЬЯ.

Старый шаман любовался зарей. Небу словно вспороли брюхо и оно заливало горизонт кровью. Сегодня был рожден "чистый".
- Стигга, тихо повторил орк... - Костерок затрещал, будто в него бросили хвои. Уртханг повернулся и услышал отчетливое "мис-КЭТХ"...
- Ночь будет длинной - выдохнул старик..
" Третья шла по полю, устланному красными маками. Маки медленно и, будто в наваждении, колыхались под дуновениями неосязаемого ветра. Вообще было странно - откуда здесь взяться ветру? Казалось, тут и воздуха не было: вокруг была сплошная гудящая тишина. Третья не стала обманывать себя: это не сон. Вернее, не то, чтобы обычный сон. Она была уверена, что это место было чем-то вроде грани между её подсознанием и миром духов, и следовало быть вдвойне осторожной, чтобы не пересечь эту черту.
Внешне Третья подавала признаки жизни: дыхание выровнялось, а веки чуть подрагивали, так, как если бы она видела какой-то сон. Однако, все попытки разбудить её или привести в чувство из "обморока" - не увенчались успехом.
А меж тем ковер из застилающих бесконечность под ногами маков уходил все дальше к белоснежному горизонту...
Маки медленно покачивались в такт пульсу, и тихий шелест то ли листьев, то ли лепестков стал странным образом складываться в шепчушие слова, разобрать которые было очень сложно. Колдунье показалось, что они зовут её по имени.
Хранителю было не по себе. Она была знакома с подобными явлениями исключительно в теории: часто читала о том, как серьезные ранения, травмы, болезни или прочие резкие изменения физического состояния приводили к так называемому "выходу в астрал" - когда оболочка телесная остается в физическом мире, а духовная - блуждает на границе подсознания и нематериального мира, в котором обитают духи.
Также Третья слышала и о сновидцах, что погружаясь в сон могут контролировать свои путешествия по мирам, недоступным физической оболочке. Подобные практики всегда казались ей чем-то, требующим немалой подготовки и исчерпывающих знаний о предмете. Но все однажды случается впервые...
Все эти знания и книги нисколько не спасали Третью от нагнетающей тревоги. Необходимо было мыслить здраво, пожалуй, как никогда.
"В твоем подсознании не может быть ничего такого, о чем бы ты не догадывалась. Твое подсознание - твои правила", - растерянно рассуждала про себя ведьма, продолжая брести вперед по бесконечному маковому полю.
И только она подумала о том, что пора бы уже хоть куда-нибудь прийти - глаза уловили вдали опушку леса. Когда Третья ускорила шаг и подошла ближе, она поняла, что это - тот самый лес, в котором располагалось орочье поселение, куда старый шаман уволок алхимика с топорами...
Колдунья сделала уверенный шаг вглубь леса. Поразительная тишина: ни тебе шелеста хвои, ни карканья. Даже шагов не было слышно.
Но лес, в отличие от макового поля, был чуть более осязаемый: не расползался бесконечными искаженными гранями перед глазами.
Третья увидела свет костра и бестелесными шагами просеменила в ту сторону.
Теперь она, кажется, понимала, почему она здесь. Ей был нужен ответ на вопрос.
- Шаман, - голос колдуньи будто эхом отражался от каждого препятствия. Ей самой казалось, что это не она, а кто-то иной говорит тысячей её голосов. - Что стало с гигантом?"
Свет костра довольно ярко озарял полянку, на которой Третьей встретился шаман. Услышав его ответ, она напряженно нахмурилась и уставилась на пляшущие тени вокруг костра. Вот что любопытно: сама колдунья не отбрасывала тени.
- Скажите, я тоже теперь дух? Я чувствую в своей крови скверну. Нападение на меня и на гиганта случилось примерно в одном месте и в одно время. Если гигант мертв, и если я сейчас здесь, то...
Договорить Третья не успела. Воздух вокруг нее наполнил зов. Зов по имени.
Имя, которого она не слышала уже больше месяца. С тех пор как Марко ушел в Вечность.
Как только прокричали имя, все вокруг подернулось рябью и завибрировало. Пространство вокруг стало словно скручиваться в хаотическом танце и что-то "выдернуло" Третью оттуда. С опушки леса, озаряемой одиноким костром шамана и из её странного фантомного состояния."
(с)Араханна.

Рагнар вернулся в лагерь и уловил не одобряющий взгляд Луса, посмотрев, что девушки уже закончили сделав движения рукой он подозвал Луса к себе, и когда тот подошел начал рассказ.

- Пока мы со жрецом шли по дороге нам на встречу пошел туман. Но не просто туман, он слишком густой, почти плотный как стена, и какие то странные звуки идут от него. Я в ваших землях в первой так, что не знаю, что это такое, но у нас это предвестие беды, а если точнее ведьмы. Так, что нам делать в любом случае дорога в таком тумане слишком опасна, вы уставшие один раненый, я не такой опытный боец как ты. Вдруг засада или, что нибудь еще. - Страж ободряюще похлопал Рагнара по плечу.
- День был долгий, иди отдохни, северянин. Я разбужу тебя, когда будет твое время караулить лагерь. -Между тем солнце медленно клонилось к закату, золотистая дымка окутала лес и холмы, в нагретом воздухе поплыл тонкий щемящий запах вереска. Мирно всхрапывали пасущиеся кони. От деревьев протянулись резкие лиловые тени. Покусывая засохшую травинку, Лус подошел поближе к колдуньям и посмотрел на заострившееся лицо Третьей.
- Дальняя дорога отменяется. Что будем делать, если она не очнется к утру?  - Услашав слова стража, Стасса повернулась к нему и спросила:
- Возможно устроить небольшой шалаш? Ночь проведем тут. А если Третья не очнется, нам придется найти способ, как доставить ее к Хранилищу. И сделать это, нужно как можно быстрее. Поможете мальчики? –обратилась к Лусу и Рагнару.
- Не боись, все устроим. - Лус заломал пару жердин и устроил над Третьей примитивный навес. Попутно приметил на шее хранительницы серебряную цепочку. Пока никто не смотрел, он вытянул из под платья отполированный до блеска ключ странной формы. Его ладонь тут же посерела и онемела. "Магическая вещь", - нахмурился парень, взял руку Третьей и сомкнул ее пальцы вокруг ключа. Эльфийка незаметно наблюдала за Лусом. Как ловко он устроил небольшой навес. Когда он потянул за цепочку, напряглась. Но заметив, что он вложил ключ который висел на цепочке Третьего Хранителя, ей в руку, успокоилась и подумала: "Ключик! Ну конечно."
***

Невнятное бормотание приближалось. Кто-то шаркающей походкой приближался. Сквозь кусты появилась фигура – Незнакомец был росту выше среднего, худощав, опирался на длинную толи палку толи шест, одет был в лохмотья, которые отсвечивали пятьюдесятью оттенками серого, при себе имел внушительного размера котомку, длинные, давно нечесаные волосы, были заплетены в некое подобие косы, трех недельную небритость было стыдно назвать бородой, но и другого обозначения подобного безобразия на лице сложно было найти, запах от незнакомого был при мерзкий – этакая смесь прокисшего вина, прогорклого хлеба и грязного тела. Четвертая, повернувшаяся на звук, вздрогнула и возмутилась:
- Да чтож такое-то?! Будет честным странникам покой сегодня?! Нечисть, лич, мертвецы, блаженные, а теперь еще и побирушка! Эй, человек, остановись и стой там, против ветра. - Незнакомец остановился и осмотрелся: "Три дамы в плащах с капюшонами, одна из которых эльфийка, вторая, в забытьи от ран, третья - только что закончила перевязку; пара особ мужского пола, которые беседуют неподалеку." подумал про себя. Невнятное бормотание перешло в незатейливую песенку -

Один к тебе мой путь
В Вальхаллу где весел пир
Героем сяду за стол
Буду песни петь
И пить пенный эль.

- Господа! А подскажите где я вообще нахожусь? И кто вы? И может среди вас есть настолько благородная особа, которая не позволит умереть мне от жажды и плеснет мне немного вина или эля? - Рагнар услышав знакомые слова обратил внимание на путника, по телосложению он подумал, что это северянин. Вытащил и протянул бурдюк страннику с элем.
-Здравствуйте, не сочтите за дерзость, но можно узнать ваше имя? И откуда вы тут, это кстати Валенсия. - Голос подошедшего старца, прервал разговор эльфийки и стража. Она с интересом посмотрела на подошедшего. Старость вызывает уважение. Мудрость приходящая с годами, может очень пригодится в трудных ситуациях.
-Доброго Вам здравия путник.-склонила голову. Незнакомец все напевал:

Встречу погибших друзей
Вместе дождёмся живых
снова дружина моя
Будет в походы ходить.

Сфокусировал взгляд на бурдюке, торопливо, путаясь в лохмотьях подошел, дрожащими руками выхватил бурдюк с элем, сделал два больших глотка…
- Иии-ик. И вам не хворать уважаемые! Имя мне – Мариус Римский. Я странствующий бард! Или художник? Или сказитель? Или философ? Откуда я иии-ик? Отовсюду! Судьба путника сложна, и никогда не знаешь заранее в какую сторону понесут тебя ноги, и где завтра проснёшься.-… отвел взгляд от бурдюка и щурясь посмотрел на дам.
- Вижу в недобрый час привела меня тропа к вам иии-ик. - шатаясь подошел ближе к костру сел, положил бурдюк к себе на колени и поднес руки ближе к огню, почти касаясь языков пламени… При виде новоприбывшего рука стража, непроизвольно потянулась к ножу. Когда нищий запел, Лус остановился.
- Странствующий бард, ха? Тогда рассказывай, что видел, что в мире делается. Да позанятнее, а не то получишь тумаков, дерьмо тебе в нос. Правду ли говорят, что властителя Валенсии свел с ума придворный маг? - Лус кинул барду остатки хлеба из своего мешка. Старик, хватает на лету хлеб, снимает с плеча котомку, аккуратно отправляет остатки хлеба на самое ее дно, делает глоток эля из бурдюка…

Воин что пал в бою
Храбр был мой враг и могуч
В Вальхалле мы встретимся вновь
Был он славный враг будет верный друг

- В мире все по старому - кто в хоромах с вином, а кто и в хибаре с говном иии-ик. Мил человек, ты б меня еще спросил, когда фазан дракона родит. Я человек простой меня даже купцы сторонятся, брезгуют (хмыкает), я народ на площадях развлекаю, да по кабакам за еду да ночлег. Вот одно точно сказать могу – прислужница господина Когрениана – это второй помощник главного повара заместителя советника властителя – так она божилась , что своими глазами видела, что на званом обеде пол года назад этот самый помощник попробовал диковинное блюдо – мидии называется, его из за моря привозят, представляете они из моря ракушки достают и сырыми их едят! (преодолевает позывы к рвоте заливаясь элем из бурдюка).
- Все ты брешешь, старый дурак, - заржал Лус,
- Ракушек да улиток только нищеброды едят с голодухи. Спой лучше про девок, да позабористей!
- А время ли сейчас для фривольных песенок? - барда заметно развезло от эля и тепла…
- Ну Дамы – пардон, господа – наслаждайтесь! -встает, лихо закидывает волосы назад, подбирает лохмотья, так что видно колени, танцует и поет.

Мягкие волосы…
Длинные ноги…
Грудь в ожидании прикосновения…
С неба тобою любуются Боги,
Им я обязан за это мгновение.
Хрупкие пальчики…
Томные взгляды…
Губы набухшие в тело впиваются,
Сорваны с нежного тела наряды…
Как не крути, тебе все это нравится…

Четвертая посмотрела, как компания общается с бродягой, поморщилась и накрыла Третью плащом.
- Принесу хворост для костра, - сообщила в пространство и шагнула в уже знакомые заросли. Сушняка поблизости было небогато и, Четвертая пошла дальше и даже добрела до места захоронения девочки.
"Ой-ей, беда!" - увидев разрытую могилу, она шустро и хищно скользнула по полянке, изучая следы. Благо, что перед этим уже присмотрелась. Вот тут блаженный приволок ее первый раз. Вот стояли Четвертая и Третья. А тут кто-то рыл снова.
Следы вывели к стоянке верблюда.
Цокнув досадливо языком, Четвертая уже подумывала вернутся в лагерь и оставить наблюдения при себе. Куда им погоня? Третья нездорова, люди измотаны, еще и бродяга непонятный прибился...Только посмотреть, куда следы идут...
Через пару минут заросли стали реже, а со стороны равнины послышались голоса.
Четвертая мягко пригнулась, бесшумно переместившись за растрепанный куст с шипами.
***

Тем временем...
Скрывшись от простодушного северянина светловолосый, как голодный гурман-падальщик на запах,быстро добрался по зарослям к свежей могиле.
Тут он достал из сумы широкую стальную пластинку с ручкой и принялся ретиво копать.
Причём не как при ведьмах, с томным видом умирающего павлина, а быстро, шустро, со сноровкой- только земля в разные стороны мелькала, да камушки пощёлкивали.
Завернув труп в пропитанную уксусом ткань и обмотав крепко верёвкой жрец вынес его из кустов.
Там он нашёл своего лохматого верблюда,приторочил добычу к седлу и поспешил двинутся в противоположную от лагеря своих новых знакомцев сторону.
***
Дракон сначала спал клубком. Потом улёгся, вытянув лапы, и изогнувшись буквой Ziu около человека. Потом просто рядом, подобрав все под себя, и став похожим на шипастый валун хороших габаритов. Потом совсем проснулся, чуя приближение темноты, и стал бесшумно бродить по поляне,вокруг спящего который час бродяги. Плавящееся вечернее солнце коснулось дном горизонта.
-Мне двигать пора,просыпайся,сколько можно то, а...- когтистая четырёхпалая лапа аккуратно потыкала завернувшегося в плащь Мэшдша.
Тот двинулся,с трудом потёр лицо руками, и разлепил ещё не сфокусированные разноцветные глаза.
-Ты меня обещал отпустить на ночь, помнишь?Ну ...... я помчался?- дракон уже принюхивался, ловя запахи ветра и хрумкал суставами, потягиваясь.
-Да несись, яйцеждун, без тебя ведь никак не обойдутся,- проговорил Мэш, зевая,
-Вэээйе! - Дракон натянул ему до самого подбородка капюшон, который сразу слился с воротником и растворил тёмный плащь в одежде.
Снова куртка как куртка. Лицо как лицо. Мир как мир.
-Пойдём, провожу до воды,- бродяга взял колчан, лук, запихнул в дорожную сумку уздечку. Седло и баул со снедью оставил под деревом, на подарок случайному путнику. Дракон уже топтался, подёргиваясь всеми жилками от нетерпения. Они спустились к ручью.
-Рыське передавай привет.Шмор аль ацмэха-негромко произнёс бродяга, когда рогатый уже заходил в воду.
-Шмор аль ацмэха,-ответила высунувшаяся желтоглазая голова и нырнула. - Длинное тело лентой скользнуло вниз по течению.
***
Бродяга постоял чуть и зашагал в сторону лагеря ведьм. Только он выбрался из низкорослых кустов, что бы каждая колючка за одежду не цеплялась, как услышал шорох мягкой поступи. Приближающийся седок на верблюде опасным как то не выглядел, и Мэш остановился,всматриваясь, кого это носит ночью по этим недобрым местам. Светловолосый,натянув поводья с трудом притормозил,мысленно призывая Ихтвана в заступники от головорезов пустынников, как вдруг расцвёл лыбой от уха до уха.
- Приветствую, брат!- склонив голову он начал выдавать все знакомые позывные, что можно было жестами изобразить.
- Здарова, коли не шутишь,- неохотно ответил бродяга,разглядывая свёрток у верблюжьего седла,из которого чёрно вонючие эфирные дымки так и клубились.
- У тебя там что, любимый дохлый пёсик за компанию путешествует?-сказал бродяга, подходя ближе к ценителю мелолетних покойниц.
- Это мольфа!- гордо приосанившись заявил блондин,
- Целёхонькая,руки- ноги, всё на месте. Жалко не успел живьём взять,но всё равно,за неё столько добра обещано, что мне по гроб жизни хватит. Домой, на родину съезжу,цероквь выстрою,мазанку читальню для бедноты,и огромный фантан посреди кишлака, с дельфинами...
- И давно сбор мертвечины стартовал?-невежливо перебил бродяга замлевшего от собственных перспектив жреца.
- Не... недавно,с месяц ,- неохотно вернулся на землю белобрысый и поёжился,заметив,что стемнело уже,и ветер занимается ,и дальняя дорога ждёт.
- Давай, брат,Ихтвин с тобой, тороплюся я. - Он стегнул верблюда и тот вразвалку зашагал к северу.
- Ага,удачно добраться,-буркнул следопыт, выуживая из за спины лук. Плохо спать от нечистой совести он явно не боялся,стрела влетела куда и метил- точно в кудрявый жреческий затылок.
Белобрысый, даже не ойкнув, кулём повалился на землю. Стрелок бросился к остановившемуся верблюду,и стал торопливо обрезать ремешки,державшие поклажу. Всё сгрузив, он пихнул удивлённое животное кулаком в брюхо,отгоняя в сторону. Темнота накрыла уже всю округу,бродяга где то там на ощупь шебуршился,потом всё стихло. Щёлкнуло пару раз огниво. Начали загораться бумаги,облитые маслом,да всякая мелочёвка из сумки несложившегося мецената. Захрустела пересохшая ткань,скрывавшая тело девочки. Мерзко запахло гарью,костёр тускло осветил поляну и стоящего в стороне бродягу. Жрец, до этого лежавший смирно,как и полагалось покойнику,начал издавать скулящие попискивания, и слабо рыпаться. Одежда нём обгорела, смазливая физиономия превратилась в перекошенную узкоглазую харю,слепую,беззубую и костлявую. На лысой угловатой бошке, на подобии модного берета, стал виден здоровый слымак, впившийся в специальные отверстия в черепе. Он то и дёргался,пытаясь управлять уже заглохшим носителем. Бродяга добил его камнем и пинком отправил беспокойного мертвеца поглубже в костёр.
(с)Мэшдш
***
Четвертая наблюдала все действо с переменным успехом, так как темнело стремительно, и даже острым глазам полукровки было проблемно отследить некоторые подробности. Но и увиденного хватило, чтобы кровь в жилах застыла.
Беззвучно определив происходящее как "гнусная отрыжка шайтана", она переступила с затекшей ноги, воспользовавшись что "мутный" попутчик занят кремацией. Тут-то и дохнуло ей в ухо влажным горячим приветом, кто то грустно вздохнул над самым ухом Дасиры и положил ей тяжёлую лохматую голову на плечо. Это верблюд белобрысого,заскучавший в одиночестве, учуял её и решил познакомиться. Истошный визг потряс окрестности, разбудив всю ближнюю живность и охватывая пространство от костра с блаженным и до стоянки товарищей.

Сон эльфийки

(с)Анастасса.

- Госпожа Четвертая...-Тасс тихо позвала колдунью. Ответа не последовало. Оглянулась в поиске девушки. Но ее нигде не было видно. "Ну, что же попробую сама." Присела рядом с той, которая все еще была в забытьи или просто спала. Взяла ее руку, в которой был зажат ключ. Закрыла глаза. Разговор мужчин у костра постепенно затихал. И она погрузилась в сон.
"Открыла глаза. Золотой песок...Опять? Опять пустыня? Золотое море песка...Я должна найти, там в пустыне...Бойся желаний своих...Не то...не то...Неожиданная вибрация воздуха и пустыня под ногами вздрогнула... резкий взлет миллионов песчинок и стоп. Темнота. Только воздух вокруг изменился. Изменились ощущения. Как будто вокруг влажный туман, ласкающий кожу легким прикосновением. Под ногами сухая трава. Но мне не колет босые ноги. Я парю над землей. Тишина. Ни звука. Протянув руки вперед, я медленно паря над самой поверхностью земли, двинулась на встречу неизведанному.
Откуда я знаю, что вокруг туман? На глазах повязка, но почему то, мне не хочется пока ее снимать. Может от того, что не знаю куда иду? Я просто буду двигаться вперед.
Туман...Плыть по туману в неизвестном направлении, как то удручающе. И неправильно. В конце концов, кто хозяин моего положения, я или туман? Сорвав маску, я слегка ослепла от яркого света и...распахнула глаза. Лес. Он был сказочно прекрасен. Яркая зелень, цветы. Лучики солнца пробивающиеся сквозь листву, золотыми иголочками вонзаясь в землю, оставляли яркие пятнышки на траве. Неожиданно вместе с обладанием визуальной картинки ворвались и звуки. Мой лес! Какого...я брела с завязанными глазами, когда вокруг такая красота...Не то...не то. Закрыла глаза. Поле, поле... Ищи поле...цветы...красные цветы...маки...Маки! Ан-н-на-а-а-а...
Когда она прокричала имя, неизвестно откуда возникшее в ее голове, на ее призыв ответа не последовало. Но неожиданно рядом раздалось громкое "КАРРРРР" И неизвестно откуда, прямо перед лицом эльфийки возник черный ворон. Хлопая крыльями так, как будто хотел преградить ей путь. От неожиданности она сделала шаг назад и упала. Не поняв, то ли это она закричала, то ли крик пришел откуда то из вне. Земля под ней завибрировала. Ощущение было такое, что ее трясут, со всем лесом и поляной вместе взятыми.
"...Поднимайся" У нее померкло в глазах. Темнота накрыла словно покрывало."
Сухой, горячий ветер ударил в лицо. Ее закружило в водовороте вихря из песка и горячего воздуха. Колючие песчинки, как иголки впивались в тело. Неожиданно все закончилось. Ветер стих так же быстро, как и появился. И она упала на колени перед входом какого то очень древнего, непонятного.